Кем работают после тенниса: Раонич, Анчич и Каннингем

После завершения теннисной карьеры многие игроки находят себя в совершенно других сферах. Бывшая третья ракетка мира Милош Раонич с января работает в нью-йоркском офисе инвестиционного банка Goldman Sachs. Канадец, доходивший до финала «Уимблдона»-2016, признается, что после бесконечной смены гостиниц, аэропортов и раздевалок его вполне устраивает привычная дорога до офиса и возможность оставлять вещи на одном и том же месте.

«Мне не нужно каждую неделю менять города и раздевалки, переезжать из отеля в отель. Все это очень здорово, и я этому очень рад», — рассказывал Раонич в октябрьском интервью The Times. Схожие планы и у Гаэля Монфиса, решившего на теннисной пенсии заняться управлением частным капиталом в женевской Alphaswiss. Речь идет именно о работе по новой специальности, что отличается от привычных историй о конфетах Шараповой, парфюмерии Сабатини или доле Федерера в On.

С восемью титулами ATP, финалом «Уимблдона» и примерно 20 миллионами долларов призовых Раонич мог бы какое-то время вообще не думать о работе. Однако вынужденный отдых успел ему надоесть: после травмы ахилла в 2021 году Милош 14 месяцев не брал в руки ракетку, постепенно привыкая к мысли, что невозможно бесконечно возвращаться в тур. «Тогда я понял, что у меня не получится всю оставшуюся жизнь ничего не делать», — говорил он The Times.

Интерес к финансам у Раонича появился гораздо раньше. Его родители, оба инженеры, серьезно относились к образованию сына, который окончил школу экстерном еще до 15-летия. Когда Милош решил стать профессиональным теннисистом, в семье договорились, что пока он не войдет в полсотни лучших, продолжит учиться. Поэтому первые годы в туре Раонич совмещал с курсами по корпоративным финансам и бухгалтерскому учету.

В каком-то смысле сам Раонич нарушил план, за шесть недель поднявшись примерно со 150-го места на 30-е — на учебу времени вскоре уже не оставалось. Вернулся к ней Милош еще до завершения карьеры, начав подготовку к экзаменам CFA — профессиональной квалификации для специалистов по инвестициям. По его словам, это был в том числе способ показать будущим работодателям, что интерес к финансам у него серьезный.

Знакомиться с людьми из отрасли он тоже начал основательно: за один 2025-й провел 342 встречи, причем больше чем с 15 сотрудниками одного только Goldman Sachs. Затем были восемь собеседований за три дня и предварительная стажировка. Сейчас он работает в подразделении XIG Private Equity, связанном с инвестициями в частные компании. Вместо подготовки к соперникам приходится разбираться в оценке бизнеса, хотя теннис, как выяснилось, и здесь полезен — потенциальные клиенты охотно соглашаются поиграть с финалистом «Уимблдона».

«Сейчас меня увлекает совсем другое дело, которому я отдаюсь так же полностью, как когда-то теннису. Думаю, человеку очень повезло, если он по-настоящему силен хотя бы в чем-то одном. Поэтому сейчас я сосредоточен именно на этом. А когда я не в офисе, стараюсь быть как можно лучшим отцом для своего ребенка и мужем для своей жены. Вот мои приоритеты. Не думаю, что у меня хватило бы сил преуспевать еще в чем-то», — говорит Раонич. По собственным подсчетам, за последний год он посмотрел всего один сет тенниса.

Марио Анчич оказался в банковском офисе задолго до Раонича, хотя уходить из тенниса в 26 лет совершенно не собирался. Хорват, поднимавшийся на седьмое место в одиночном рейтинге и доходивший до полуфинала «Уимблдона», несколько лет пытался вернуться после мононуклеоза и травм, пока проблемы со спиной не заставили его все-таки закончить. «Мне всего 26, но организм дал понять, что я больше не смогу играть на высоком уровне», — говорил он в феврале 2011-го, прощаясь с теннисом.

К жизни за пределами корта Анчич готовился еще во время выступлений. В паузах между турнирами он занимался юриспруденцией и в 2008-м, в 23 года, получил диплом университета в Сплите. Для выпускной работы выбрал знакомый материал — правовое устройство ATP, с которым теперь разбирался уже как будущий юрист, и к моменту завершения карьеры уже успел устроиться в хорватскую юридическую фирму.

Поработав в корпоративном праве, Анчич переехал в Нью-Йорк и снова пошел учиться в Колумбийский университет, где в 2013-м получил сначала степень магистра права, а затем и доктора. После этого началась работа в инвестиционном подразделении финансового конгломерата Credit Suisse — Марио участвовал в сделках с промышленными, технологическими и потребительскими компаниями, а в 2018-м перешел в One Equity Partners, занимающуюся прямыми инвестициями.

Летом 2017-го Анчич все-таки ненадолго вернулся в тур по приглашению Новака Джоковича, собиравшего новую команду. Чтобы провести с сербом весь «Уимблдон», ему пришлось попросить в Credit Suisse дополнительную неделю отпуска. Позднее Марио объяснял, что Новаку тогда был нужен человек, с которым можно было поговорить и о теннисе, и о чем-нибудь другом. Тогда на пресс-конференции журналист спросил Джоковича, трудно ли было уговорить занятого специалиста с Уолл-стрит приехать на турнир. «Волка с Уолл-стрит», — с улыбкой уточнил Новак.

Американка Кэрри Каннингем выиграла юниорский US Open-1988, а во взрослом туре поднялась на 38-е место и дошла до четвертого круга US Open-1992 и через два года, в 22, из-за травм покинула тур. Медициной Кэрри заинтересовалась во время одного из восстановлений, начав посещать университетские курсы. Позже она получила медицинское образование в Мичиганском университете, прошла хирургическую ординатуру в медицинском колледже Вейл Корнеллского университета и стажировалась в Массачусетской больнице. Еще во время хирургической подготовки Каннингем занялась исследованиями генетических особенностей рака щитовидной железы, а позднее совмещала операции с научной работой и преподаванием.